December 7th, 2008

(no subject)

Еще раз о контексте. 17 4 2006

0. О ходовом выражении «в контексте». Им иногда злоупотребляют, вспоминая по всякому поводу.

1.Правильный подход состоит в том, чтобы контекст и то, что в контексте, рассматривать как единство, «молекулу». Неправильно абсолютизировать одно или отрывать одно от другого (как, например, в химическом соединении CO считать важным только углерод или только кислород). Обычно то, что в контексте – доминирует, а проблема контекста не возникает. Но в некоторых случаях исключительно важен контекст.
2. Любое явление находится «в контексте», т.е. в связи со многими другими явлениями (пратитья-самутпада). Такова природа относительной реальности. Все обусловлено. Здесь нет предмета для особых дискуссий. Но постоянно возникают проблемы в ситуациях «двучленов» или многофакторных явлений. Например, существует (1) факт, (=реальность,= «то, что есть на самом деле») и (2) его понимание, интерпретация. Вроде бы существует факт «сам по себе», но он дан нам исключительно в нашем восприятии или понимании. Есть мир и научная картина мира. Мир дан в виде картины мира. И в виде разных учений (христианство, буддизм и т.д.). То же и с текстом. Не существует текста самого по себе. Вернее, сам по себе он лишь на книжной полке. Но как только его взял читатель или переводчик, то это уже не текст, а некое единство текста и восприятия (понимания) переводчика.

3.Проблема контекста возникает как часть проблемы понимания. Как мы приходим к пониманию, если что-то непонятно? Если непонятна часть текста, то мы стараемся понять эту часть через контекст. Но ведь это не единственный способ. Мы можем размышлять самостоятельно и понять, или вне всякого контекста нам может объяснить кто-то, кто уже давно это понял и знает (эксперт, учитель). Или существует понимание через «вживание» в текст или в роль автора текста. А кто-то познаёт вдруг мир-вселенную, входя в целое через ничтожную часть его, например, делая предметом медитации хотя бы ножку стула. Условия и средства понимания – те же, что и условия познания. (Понимание – один из моментов познания). А средства и методы познания не сводятся только к включению познаваемого в контекст. Неверно односторонне преувеличивать роль контекста. Часть и целое (контекст) в процессе понимания находятся во взаимодействии. Часть понимается через целое, но и целое понимается по-другому, когда мы уяснили смысл части (герменевтический круг).
3а. А самое главное: понимаем мы умом (психикой), а не контекстом. Понимание зависит от корректности восприятия, памяти, мышления, самопознания и т.д. Никакой контекст не поможет, если человек не умеет мыслить логично и разумно. Люди на каждом шагу путаются не только в трех соснах (по известной поговорке), но даже в двух.

4.А в большинстве ситуаций – да, анализировать контекст не нужно. Это уже было когда-то сделано и понимание происходит мгновенно и «автоматически».

5. Следует также уяснить, что термин контекст имеет:
(1)узкое первичное значение (относится только к тексту, текстам);
(2) расширенное вторичное значение, которое вообще не имеет отношения к тексту (все условия и обстоятельства, относящееся к рассматриваемому предмету, которым может что угодно: политическое событие, поведение человека и т.д.); это вторичное (переносное) значение связывать со словом «контекст» не совсем корректно в филологическом отношении. Лучше говорить о конситуации. Но раз уж так сложилось, то следует различать узкое и широкое значение этого слова. В некоторых конкретных случаях это поможет избежать путаницы.

***

(no subject)

ОБ ИЗУЧЕНИИ ЯЗЫКОВ

1.Поразительно, насколько бессодержательны и разочаровывающи книги, посвященные методам изучения иностранных языков (это относится и к большинству пособий для переводчиков). В чем причина – неизвестно, но объем любой такой книги можно уменьшить в 10-100 раз без всякого ущерба для содержательности. И главное, в этих трудах, написанных филологами, которые и мыслят соответственно - т.е. словами, описывается множество всевозможных частностей, но не говорится о главном, без чего самые хитроумные или "практичные" методы оказываются безрезультатными.

2. Таких существенных вещей всего две, и без первой бессмысленна вторая.

(1) Первая - это мотивация. Почему и для чего мы хотим приняться за изучение языка. Оказывается, многие не отдают себе в этом ясного отчета. По удачному выражению одного моего знакомого, "есть желание, но нет потребности". В самом деле, хотя сильное желание очень важно, но без действительной потребности в знании языка ничего не получится. Язык должен быть необходим для регулярного его применения в течении всей жизни и в областях, важных для нас. Итак: необходимость, потребность, применяемость и сильное желание. И кроме этого - увлеченность (охота пуще неволи!), глубокий интерес, сосредоточенность на занятиях, уважение и чувство святости и благоговения относительно языка, ведь он - средство и источник знания. Знание, видья – священны. Язык – священен. Им мы отличаемся от животных. Без него мы не можем, не смогли бы стать человеком.

Все перечисленные условия или качества означают всего лишь одну вещь - присутствие доминанты, (а не просто простого "очага возбуждения"). Именно когда создана доминанта, т.е. наши занятия языком стали подлинным переживанием и вовлеченностью, эти занятия станут эффективными. Без действительной потребности в языке и без такой доминанты заниматься языком – пустая трата времени.

(2) Вторая вещь – это методы и правила, относящиеся непосредственно к изучению языка. Но здесь я должен сказать, что не существует никакого набора правил. Или вернее, все сводится не к правилам, а к простому представлению, которое заключает в себе образ и содержание всех многочисленных правил, которые только можно изобрести. А именно: мы должны максимально, насколько это возможно, поставить себя в условия жизни носителя языка. А для этого мы должны сделать простую вещь: осознать, почему мы знаем свой родной язык, и знаем его лучше, чем любой другой. Ответ очевиден: мы начали его усваивать в самом раннем возрасте, мы пользуемся им постоянно, ежедневно – именно потому мы и владеем им (достаточно изолировать нас на несколько дней, недель или месяцев, чтобы увидеть, как быстро начнут улетучиваться навыки владения языком и словарный запас). Но что значит, что мы владеем и пользуемся языком? - Это значит, что мы думаем на этом языке, (а наши мысли, как известно, возникают и текут постоянно и таким образом мы постоянно "упражняемся" в языке). Затем – мы читаем тексты (книги, газеты...) про себя и вслух, ежедневно говорим про себя или вслух, с собой и с другими. Мы слушаем, воспринимаем и понимаем речь других (собеседников или записи на кассете, дискете и т.д.). Мы пишем от руки или на машинке или набираем текст на компьютере. Мы постоянно общаемся с людьми с помощью языка или отказываемся от общения, но мотивируем это тоже с помощью языка (!). Таким образом, мы постоянно упражняемся в собственном языке с помощью нашего ума, глаз, ушей и руки. Мы постоянно живем в атмосфере языка.

3. Конечно, для изучения иностранного языка мы должны приобрести самоучитель или учебник, и иногда проконсультироваться с преподавателем или "носителем", должны усвоить графику, произношение, грамматику... Но что же здесь нового? Все это мы делали в школе, изучая собственный язык. Если кто-то мудро замечает, что лучше иностранным языком заниматься понемногу, но часто, чем помногу, но редко, то это лишь ущербное правило, которое и так ясно, поскольку оно лишь частный случай постоянного /часто и помногу/ употребления нами родного языка. Также не надо никаких специальных правил запоминания и т.д., если мы занимаемся ежедневно или вспомним, что мы делали в школе.

Так, общеизвестен простой прием: запоминается лучше, когда мы прочли перед сном, а затем повторили утром, как только проснулись.

Короче говоря, все главные правила изучения языка нам давно известны. Мы просто должны осознать, как мы изучали и как мы пользуемся собственным языком. И все это настолько банально, что достойно удивления, как некоторые ухитряются писать об этом целые книги и при этом еще принимают такой важный вид, словно они излагают что-то новое.

***

4. Но существует несколько предрассудков или видов "самогипноза", мешающих изучению языков. И иногда это становится мнимо непреодолимым препятствием. Один из предрассудков - убежденность, что язык, за который мы хотим приняться, слишком труден, и мы неспособны его изучить. Непонятно, откуда возникает такое парализующее волю убеждение. Ведь собственный-то язык мы изучили! А русский язык вдвое труднее французского, который в свою очередь значительно труднее немецкого. Так что что-то здесь не то. По-видимому, мы здесь просто "впадаем в детство": в младенчестве, когда мы не знали ни одного языка, нам очень трудно было преодолеть языковой, точнее, неязыковой барьер, собственную бессловесность (и заметим, что это было действительно трудно, ведь наш язык был на полном нуле, и мы ни на что, кроме как на великую способность подражания взрослым не могли опереться – в то время как сейчас мы можем использовать как трамплин опыт владения и знания собственного языка). Но через некоторое время бессловесности или полусловесности происходил прорыв и словарный запас наш начинал быстро расти. Вероятно, "воспоминание" о трудном периоде возрождается в нас в виде ложного убеждения в трудности. Трудность действительно есть, но она преодолевается, как и в детстве, лишь трудом.

Иногда это ложное убеждение в трудности или даже невозможности изучения, вызывается неудачным выбором учебного пособия или тем, что мы взяли для знакомства с языком то, что вовсе и не является учебником. Так, если мы попытаемся начать изучение тибетского с "Тибетского письменного языка" Парфионовича, то мы надолго сохраним убеждение, что мы полные идиоты. Даже если до этого мы изучили немецкий, английский и даже санскрит. В принципе не важно, что за учебник /а лучше, самоучитель/ мы взяли. Главное, чтоб изложение было ясным и шло шаг за шагом, даже лучше пядь за пядью, как это мы наблюдаем, например, в» Грамматике тибетского языка" Шмидта.

5. Простейший метод изучения языка – по крайней мере, западного – удивительно прост: после изучения самоучителя и усвоения около 1500 слов (а это десять слов в день в течение всего пяти-шести месяцев) мы читаем интересную и полезную для нас литературу, выписывая и заучивая новые слова, которые нам "навязываются" сами во время чтения. Читаем час, полчаса - на то, чтобы выписать и заучить лексику. Если мы достаточно знаем основы, то можем взять и проштудировать грамматику на изучаемом языке.